ОБЗОР СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ ПО ДЕЛАМ О ЗАЩИТЕ ПРАВ ПОТРЕБИТЕЛЕЙ

Ссылка на обзор: https://vsrf.ru/documents/all/30461/

Обзор практики рассмотрения судами дел по спорам о защите прав потребителей, связанным с реализацией товаров и услуг

«Обзор практики рассмотрения судами дел по спорам о защите прав потребителей, связанным с реализацией товаров и услуг»
(утв. Президиумом Верховного Суда РФ 17.10.2018)

 

Утвержден

Президиумом Верховного Суда

Российской Федерации

17 октября 2018 г.

 

ОБЗОР

ПРАКТИКИ РАССМОТРЕНИЯ СУДАМИ ДЕЛ ПО СПОРАМ О ЗАЩИТЕ ПРАВ

ПОТРЕБИТЕЛЕЙ, СВЯЗАННЫМ С РЕАЛИЗАЦИЕЙ ТОВАРОВ И УСЛУГ

Защита прав потребителей является одним из направлений единой государственной политики, которая осуществляется в настоящее время в Российской Федерации. Ее цели, задачи и приоритеты закреплены в «Стратегии государственной политики Российской Федерации в области защиты прав потребителей на период до 2030 года», разработанной во исполнение подп. «а» п. 1 перечня поручений Президента Российской Федерации от 25 мая 2017 г. N Пр-1004ГС и утвержденной распоряжением Правительства Российской Федерации от 28 августа 2017 г. N 1837-р.

Особенности реализуемых прав и законных интересов граждан Российской Федерации как потребителей обусловлены правовым статусом, установленным Законом Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 «О защите прав потребителей» <1>.

———————————

<1> Далее по тексту — Закон о защите прав потребителей.

Субъектами разрешаемых судами споров являются граждане, имеющие намерение заказать или приобрести либо заказывающие, приобретающие или использующие товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, и хозяйствующие субъекты (организации независимо от их организационно-правовой формы, а также индивидуальные предприниматели), выступающие в качестве продавцов, изготовителей, исполнителей или импортеров на потребительском рынке.

В целях формирования единой практики применения законодательства в сфере защиты прав потребителей при рассмотрении судами дел, на основании ст. 126 Конституции Российской Федерации, ст. 2 и 7 Федерального конституционного закона от 5 февраля 2014 г. N 3-ФКЗ «О Верховном Суде Российской Федерации» выработаны следующие правовые позиции.

Споры, возникающие из договоров розничной купли-продажи

  1. Деятельность иностранных организаций по реализации товаров на территории Российской Федерации осуществляется под юрисдикцией Российской Федерации.

По требованиям потребителя, заявленным к такой организации после истечения срока действия аккредитации ее официального представительства, юридически значимым обстоятельством является установление того, осуществляет ли данная организация коммерческую деятельность на территории Российской Федерации через компании, фактически выступающие в качестве представительств этого иностранного лица и занимающиеся продвижением его товаров и услуг на российском рынке.

В. обратился в суд с иском к корпорации «Toshiba» о взыскании неустойки за период с 1 июля 2010 г. по 31 марта 2016 г. и штрафа за неудовлетворение в добровольном порядке требований потребителя. Требования истца обоснованы тем, что решением суда от 16 июля 2010 г. на корпорацию «Toshiba», представительство корпорации «Toshiba» в России возложена обязанность произвести истцу В. замену ноутбука на аналогичный товар в течение 30 дней со дня вступления решения в законную силу. Этим же решением с ответчиков взысканы неустойка, штраф и государственная пошлина. Данное решение в части замены ноутбука на аналогичный товар ответчиком не исполнено.

Определением суда первой инстанции, оставленным без изменения определением суда апелляционной инстанции, производство по делу прекращено на основании абзаца второго ст. 220 ГПК РФ.

Прекращая производство по делу, суд исходил из того, что исковое заявление В., предъявленное к иностранному лицу — корпорации «Toshiba», не подлежит рассмотрению и разрешению в суде в порядке гражданского судопроизводства, поскольку отсутствуют предусмотренные ст. 402 ГПК РФ основания для отнесения заявленного спора к подсудности суда Российской Федерации.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации не согласилась с вынесенными судебными постановлениями по следующим основаниям.

По смыслу чч. 1 и 2, пп. 1 и 2 ч. 3 ст. 402 ГПК РФ суды Российской Федерации наравне с иностранными судами вправе принимать к своему производству иски к иностранным организациям, органы управления, филиалы, представительства или имущество которых размещены на территории Российской Федерации.

Прекращая производство по делу на основании абзаца второго ст. 220 ГПК РФ, суд указал, что доказательств наличия на территории Российской Федерации органов управления, филиалов или представительств корпорации «Toshiba» не имеется.

Вместе с тем судом установлено, что на момент предъявления в 2010 году В. первоначального иска к корпорации «Toshiba» ответчик осуществлял свою деятельность на территории Российской Федерации через представительство, расположенное в г. Москве. Срок действия аккредитации представительства истек 24 декабря 2010 г. и в дальнейшем не продлевался.

В деле также имелись данные о том, что корпорация «Toshiba» является единственным учредителем двух обществ с ограниченной ответственностью, зарегистрированных и осуществляющих свою деятельность на территории Российской Федерации, при этом одно из них на основании соглашения от 27 апреля 2015 г. передало ООО «ТАСПР» свои обязательства в отношении качества продукции, реализованной под товарным знаком «Toshiba».

При таких обстоятельствах судебным инстанциям с учетом требований ст. 67 ГПК РФ надлежало дать оценку имеющимся в деле доказательствам и обсудить вопрос о том, осуществляет ли корпорация «Toshiba» после истечения срока действия аккредитации своего официального представительства в г. Москве коммерческую деятельность на территории Российской Федерации через компании со сходными наименованиями, которые фактически выступают в качестве представительств этого иностранного лица и занимаются продвижением его товаров и услуг на российский рынок.

(Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2017 г. N 93-КГ17-5)

Читать далее Обзор практики рассмотрения судами дел по спорам о защите прав потребителей, связанным с реализацией товаров и услуг

Контрольная закупка Роспотребнадзора с 29.04.2018 г.

Ревизоры будут ходить по компаниям не в одиночку. Поскольку на закупке должно быть два свидетеля, на стороне Роспотребнадзора будут как минимум три участника. Или же контролеры должны сделать видеозапись. Это правило не действует только на закупках в интернет-магазинах.

Статья 16.1. Контрольная закупка
Федеральный закон от 26.12.2008 № 294-ФЗ
О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля

5. Контрольная закупка (за исключением контрольной закупки, осуществляемой дистанционно с использованием информационно-коммуникационных технологий) должна проводиться в присутствии двух свидетелей либо с применением видеозаписи. В случае необходимости при проведении контрольной закупки применяются фото- и киносъемка, видеозапись, иные установленные способы фиксации.

ЗПП и договор ипотечного страхования

К вытекающим из договора ипотечного страхования отношениям между страховщиком и наследниками страхователя, использующими страховую услугу для нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, применяются положения Закона о защите прав потребителей, — отмечает #ВСРФ в Обзоре судебной практики по делам, связанным с защитой прав потребителей финансовых услуг.

Так, Г.Н. обратилась в суд иском в интересах несовершеннолетней дочери Г.С. к страховой организации о выплате страхового возмещения, неустойки, штрафа и компенсации морального вреда, сославшись на неисполнение ответчиком условий договора ипотечного страхования, заключенного между данной страховой организацией и Г., умершим 28 июня 2013 г., единственным наследником которого является Г.С.

Судом по делу установлено, что между банком и Г. заключен кредитный договор на покупку квартиры с обеспечением кредитного договора ипотекой. Во исполнение условий кредитного договора между страховой организацией и Г. заключен договор ипотечного страхования.

Согласно договору страхования его предметом является страхование имущественных рисков, связанных с причинением вреда жизни и потерей трудоспособности застрахованного. В договоре страхования предусмотрено, что страховым случаем по страхованию риска причинения вреда жизни и потери трудоспособности является смерть застрахованного, явившаяся следствием несчастного случая и (или) болезни. Выгодоприобретателями по указанному договору являются банк (кредитор) и (или) страхователь.

28 июня 2013 г. Г. умер. Наследником первой очереди к имуществу Г. является его несовершеннолетняя дочь Г.С.
Страховщик уведомил банк об отсутствии оснований для выплаты страхового возмещения в связи с наступлением страхового случая – смерти Г., указав, что событие не может быть признано страховым случаем.

Удовлетворяя частично заявленные исковые требования, судебные инстанции пришли к выводу об отсутствии установленных законом оснований для освобождения ответчика от исполнения принятых на себя обязательств по выплате страхового возмещения в связи со смертью Г.

В то же время суды пришли к выводу об отказе в удовлетворении иска о взыскании неустойки, штрафа, компенсации морального вреда, исходя из того, что несовершеннолетняя Г.С. не является стороной договора страхования и не выступает в качестве выгодоприобретателя по этому договору.

Судебная коллегия по гражданским делам #ВерховногоСудаРФпризнала выводы судебных инстанций не соответствующими требованиям закона.

Согласно ст. 1113 ГК РФ наследство открывается со смертью гражданина. В состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности (ст. 1112 ГК РФ).

Поскольку заключенный Г. договор страхования обеспечивает имущественные интересы страхователя, страховое возмещение предназначено для погашения долга по кредитному договору перед банком, то в соответствии с приведенными положениями закона к Г.С. в силу универсального правопреемства перешли как имущественные права и обязанности стороны по заключенному наследодателем кредитному договору, так и право требовать исполнения договора страхования, заключенного в обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору.

#ВерховныйСудРФ в п. 3 Постановления Пленума от 28 июня 2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснил, что исходя из преамбулы Закона о защите прав потребителей и ст. 9 Федерального закона от 26 января 1996 г. № 15-ФЗ «О введении в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации» правами, предоставленными потребителю законом и изданными в соответствии с ним иными правовыми актами, а также правами стороны в обязательстве в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации пользуется не только гражданин, который имеет намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий товары (работы, услуги), но и гражданин, который использует приобретенные (заказанные) вследствие таких отношений товары (работы, услуги) на законном основании (наследник, а также лицо, которому вещь была отчуждена впоследствии, и т.п.).

Если отдельные виды отношений с участием потребителей регулируются и специальными законами Российской Федерации, содержащими нормы гражданского права (например, договор участия в долевом строительстве, договор страхования (как личного, так и имущественного), договор банковского вклада, договор перевозки, договор энергоснабжения), то к отношениям, возникающим из таких договоров, Закон о защите прав потребителей применяется в части, не урегулированной специальными законами.

С учетом положений ст. 39 Закона о защите прав потребителей к отношениям, возникающим из договоров об оказании отдельных видов услуг с участием гражданина, последствия нарушения условий которых не подпадают под действие главы III данного закона, должны применяться общие положения этого закона, в частности о праве граждан на предоставление информации (ст. 8–12), об ответственности за нарушение прав потребителей (ст. 13), о возмещении вреда (ст. 14), о компенсации морального вреда (ст. 15), об альтернативной подсудности (п. 2 ст. 17), а также об освобождении от уплаты государственной пошлины (п. 3 ст. 17) в соответствии с пп. 2 и 3 ст. 333.36 НК РФ (п. 2 указанного выше постановления Пленума #ВСРФ).

Исходя из приведенных выше правовых норм и разъяснений, а также в связи с тем, что после смерти Г. к его наследнику Г.С. перешло право требовать исполнения договора страхования, на отношения между Г.С. и страховой организацией распространяется Закон о защите прав потребителей, в том числе в части взыскания неустойки (п. 5 ст. 28), штрафа (п. 6 ст. 13), компенсации морального вреда (ст. 15).

Определение СК по гражданским делам #ВСРФ от 5 апреля 2016 г. № 38-КГ16-1

Подробнее на официальном сайте #ВСРФ и здесь:
https://www.slideshare.net/Supcourt/ss-80219716

За не возвращенный вовремя вклад — одновременно две санкции?


ПРАВОRU


Верховный суд объяснил, как считать неустойку

Как рассчитывается неустойка применительно к финансовым услугам: по закону о защите прав потребителей или по ГК? От ответа на этот вопрос зависит размер взыскиваемой суммы. Суды первой и апелляционной инстанций решили, что можно взыскать неустойку по закону о защите прав потребителей, при этом обязав банк еще и заплатить проценты за пользование деньгами по ГК.

Читать полностью →

По следам Пленума ВС РФ за 3 квартал 2017 г.

По следам Пленума ВС РФ за третий квартал 2017 г.

Дело банкрота и экс-депутата Михеева и его аффилированных лиц, солидарные должники по обеспечению от группы компаний уже проходили тут и тут.

Дело «Альфа-Банка», банкрота компании «Лтех» и его поручителя — в банкротный реестр банк включился в рублях, хотя заемное обязательство и было выражено в валюте (все верно — абз. 4 п. 1 ст. 4 Закона о банкротстве). Требования к поручителю банкрота банк заявил в соответствии с договором в валюте, суд взыскал в рублях, указав на то, что требования к поручителю ограничены размером требований по реестру к основному должнику. ВС РФ указал, что это не верная позиция, ведь «… определение денежных требований к должнику в рублёвом эквиваленте в реестре требований кредиторов не изменяет обязательств поручителя и не ставит его в заведомо невыгодное положение по отношению к основному заёмщику, учитывая, что курсовая валютная разница может принимать как отрицательные, так и положительные значения.»

Грустное дело Варламова к Архи.ру о котором тут и у меня тут. Фотографии можно цитировать. У кого есть сомнения в том, что судьи ВС РФ лучше разбираются в интеллектуальном праве, чем судьи Суда по интеллектуальным правам?

Рассказал ВС и как рассчитать страховые взносы для ИП, которые применяют упрощенную систему налогообложения (доходы минус расходы): размер взносов зависит от суммы доходов, которая уменьшена на документально подтвержденные расходы, связанные с извлечением прибыли. Здесь ВС сослался на постановление Конституционного суда от 30 ноября 2016 г. № 27-П, который изложил аналогичную позицию относительно НДФЛ. Поскольку принципы определения объектов для НДФЛ и УСН аналогичны, ВС в своем обзоре практики предлагает применять разъяснения КС.

Очередная спасительная для ФЛ жесть про долевое строительство. После полной оплаты доли физическим лицом и банкротства застройщика, новый застройщик должен достроить дом и поделиться с дольщиком то ли долей, то ли квартирой, за которым признана то ли доля в общем имуществе в недостроенном доме, то ли квартира. Определение № 89-КГ16-10.

Муниципалитет передал в аренду участок для индивидуального жилищного строительства на 5 лет, а разрешение на строительство на этом участке не дал. Арендатор понял, что смысла платить за аренду нет и через некоторое время платить перестал, раз строить не дают. Суд поддержал арендатора, мол ст. 405 и 406 ГК, должник не может нести ответственность за неисполнение обязательства в случае, если такое неисполнение было вызвано противоправными действиями кредитора. Определение № 89-КГ16-7.

ЗПП распространяется на отношения между собственниками жилых помещений и управляющей компанией. Определение № 16-КГ16-38.

Продажа долга по КАСКО автоюристу законна, если иное не установлено договором страхования. Вроде как суды пытались защитить страховщика: в результате договора цессии произошла смена выгодоприобретателя, что не допускается ст. 956 ГК РФ. Но ВС РФ указал, что страхователь, оставаясь выгодоприобретателем по договору страхования, не лишен права заменить себя другим лицом, заключив договор цессии, если это не противоречит договору страхования. Определении № 18-КГ16-148.

Обстоятельства, установленные вступившим в законную силу постановлением мирового судьи о привлечении к административной ответственности за нарушение авторских и смежных прав, имеют преюдициальное значение для суда, рассматривающего дело о взыскании компенсации за незаконное использование авторских прав, в котором участвуют те же лица, следует из позиции ВС, с которой можно ознакомиться в определении № 48-КГ16-5, где одним из участников спора выступает «Майкрософт».

В какой очередности в рамках дела о банкротстве производятся расчеты по требованиям об уплате основной задолженности по страховым взносам?

Расчеты по таким требованиям осуществляются в порядке, установленном для погашения задолженности по зарплате (п. 14 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом ВС 20 декабря 2016 г.). Поэтому в соответствии с аб. 3 п. 2 и аб. 3 п. 4 ст. 134 закона «О несостоятельности (банкротстве)» соответствующая основная задолженность, возникшая после принятия заявления о признании должника банкротом, относится ко второй очереди удовлетворения текущих платежей, а задолженность, не являющаяся текущей, подлежит включению во вторую очередь реестра требований кредиторов должника. При этом следует учитывать, что в случае недостаточности имеющихся у должника денежных средств для погашения всей текущей задолженности, относящейся ко второй очереди удовлетворения, расчеты с кредиторами согласно аб. 7 п. 2 ст. 134 закона о банкротстве производятся в порядке календарной очередности. Вопрос об изменении календарной очередности погашения текущих требований кредиторов второй очереди удовлетворения (о приоритетном погашении требований по зарплате) может быть разрешен судом, рассматривающим дело о банкротстве, с учетом сохраняющих свою силу разъяснений, содержащихся в абз. 3 п. 40.1 постановления Пленума ВАС от 23 июля 2009 г. № 60. Указанный специальный режим удовлетворения, установленный для погашения задолженности по страховым взносам на обязательное пенсионное страхование, не применяется в отношении иных страховых взносов (например, на обязательное соцстрахование на случай временной нетрудоспособности, на обязательное медстрахование).

В ВС поступил ряд постановлений ЕСПЧ, содержащих констатацию нарушения Россией положений п. 3 и п. 4 ст. 5 Конвенции в части нарушения права лица на разумные сроки нахождения под стражей в ожидании приговора суда и в связи с чрезмерно длительным рассмотрением жалоб на постановления об избрании меры пресечения (например, дело «Хасанов и другие против России«), а также положения ст. 3 Конвенции из-за того, что заявителям не были предоставлены надлежащие условия содержания в местах лишения свободы (дело «Брискин и другие против России«).

Ущемляющие права потребителя условия договоров

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 16 мая 2017 г. N 24-КГ17-7

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе
председательствующего Горшкова В.В.,
судей Гетман Е.С. и Романовского С.В.
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Жадановой Е.В. к ООО «Бизнес Кар Кубань» о признании условий договора недействительными, взыскании денежных средств, неустойки, процентов за пользование чужими денежными средствами и компенсации морального вреда
по кассационной жалобе представителя ООО «Бизнес Кар Кубань» — Сая Д.А. на постановление президиума Верховного Суда Республики Адыгея от 23 июня 2016 г.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Гетман Е.С., объяснения представителя ООО «Бизнес Кар Кубань» — Сая Д.А. по доверенности, поддержавшего доводы кассационной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

установила:

Жаданова Е.В. обратилась в суд с иском к ООО «Бизнес Кар Кубань» о признании недействительными пунктов 2.8, 5.5 договора купли-продажи автомобиля от 20 ноября 2014 г. (далее — договор купли-продажи), взыскании излишне уплаченной по договору денежной суммы, процентов за пользование чужими денежными средствами, неустойки, штрафа и компенсации морального вреда.
Решением Майкопского городского суда Республики Адыгея от 8 сентября 2015 г. иск удовлетворен частично. Суд признал недействительным пункт 5.5 договора купли-продажи, касающийся подсудности споров сторон, взыскав с ответчика в пользу истца 1000 руб. в счет компенсации морального вреда и штраф за неисполнение в добровольном порядке требований потребителя в размере 500 руб. В удовлетворении остальной части иска отказано.
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Адыгея от 20 ноября 2015 г. решение суда оставлено без изменения.
Постановлением президиума Верховного Суда Республики Адыгея от 23 июня 2016 г. состоявшиеся судебные постановления отменены в части отказа в удовлетворении требований Жадановой Е.В. к ООО «Бизнес Кар Кубань» о признании недействительным пункта 2.8 договора купли-продажи, взыскании денежных средств, переплаченных по договору купли-продажи, процентов за пользование чужими денежными средствами, неустойки. В этой части принято новое решение, которым признан недействительным пункт 2.8 договора купли-продажи в части, допускающий право продавца в одностороннем порядке изменять цену автомобиля, с ООО «Бизнес Кар Кубань» в пользу Жадановой Е.В. взысканы денежные средства в размере 214 000 руб., переплаченные по договору купли-продажи, проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 5345,54 руб., неустойка в размере 200 000 руб., штраф за неудовлетворение в добровольном порядке требований потребителя в размере 209 672,77 руб., а также 10 000 руб. в счет компенсации морального вреда.
В кассационной жалобе представителем ООО «Бизнес Кар Кубань» ставится вопрос об отмене постановления президиума Верховного Суда Республики Адыгея от 23 июня 2016 г., как незаконного.
Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации Киселева А.П. от 3 апреля 2017 г. кассационная жалоба представителя ООО «Бизнес Кар Кубань» — Сая Д.А. с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.
Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, возражения на кассационную жалобу, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит, что имеются основания для отмены состоявшегося по делу постановления президиума Верховного Суда Республики Адыгея.
В соответствии со статьей 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.
Такие нарушения норм права были допущены судом кассационной инстанции.
Судами установлено следующее. 20 ноября 2014 г. между ООО «Бизнес Кар Кубань» и Жадановой Е.В. заключены два договора купли-продажи автомобиля марки <…>, цена которых составила 998 000 руб. и 1 212 000 руб. В тот же день истцом произведена частичная оплата машины в размере 50 000 руб.
Пунктом 2.8 одного договора купли-продажи предусмотрено, что в случае увеличения до полного исполнения сторонами условий договора ставок существующих налоговых, таможенных и иных платежей либо введения новых налоговых, таможенных и/или иных платежей, увеличения стоимости транспортных и/или иных расходов, а также увеличения ООО «Тойота Мотор» (единственный дистрибьютор «Тойота» и «Лексус» в России) рекомендованной розничной цены автомобиля, цена автомобиля, указанная в пункте 2.1 договора, по требованию продавца может быть увеличена на сумму таких новых платежей, сумму увеличения существующих платежей и/или увеличения стоимости расходов и/или увеличения рекомендованной розничной цены автомобиля и/или иных платежей.
Пункт 2.8 другого договора купли-продажи от 20 ноября 2014 г. изложен в следующей редакции: продавец вправе в одностороннем порядке (без согласования с покупателем) изменить цену автомобиля, указанную в пункте 2.1 договора. Цена автомобиля подлежит изменению в следующих случаях: увеличение ООО «Тойота Мотор» (единственный дистрибьютор автомобилей «Тойота» и «Лексус» в России) рекомендованной розничной цены автомобиля, увеличение себестоимости автомобиля, увеличение ставок налоговых, таможенных и иных платежей (сборов), введение новых налоговых, таможенных и иных платежей (сборов), увеличение затрат (транспортных, хозяйственных и иных расходов) продавца и тому подобное. Цена автомобиля увеличивается на сумму разницы между новыми показателями рекомендованной розничной цены автомобиля, себестоимости автомобиля, ставок налоговых, таможенных и иных платежей (сборов), затрат (транспортных, хозяйственных и иных расходов) продавца и тому подобное и указанными показателями, действовавшими на момент заключения договора. Продавец в течение 5 (пяти) рабочих дней с момента наступления обстоятельств, указанных в настоящем пункте договора, и готовности автомобиля к передаче покупателю уведомляет покупателя об изменении цены автомобиля способом, указанным в пункте 3.2 договора. Цена автомобиля считается измененной с момента направления продавцом соответствующего уведомления покупателю без подписания дополнительного соглашения.
22 марта 2015 г. автомобиль марки <…> передан покупателю. При этом сторонами подписан новый договор купли-продажи, не содержащий условия о возможности одностороннего изменения продавцом цены автомобиля, составившей 1 212 000 руб.
Истец произвела доплату в размере 1 162 000 руб., сделав при этом отметку о своем несогласии с односторонним изменением цены автомобиля.
Разрешая спор и отказывая в удовлетворении требований Жадановой Е.В. о признании недействительным пункта 2.8 договора купли-продажи в части, допускающей право продавца в одностороннем порядке (без согласования с покупателем) изменять цену автомобиля, а также о взыскании с ООО «Бизнес Кар Кубань» в пользу Жадановой Е.В. денежных средств в размере 214 000 руб., переплаченных по договору купли-продажи, суд первой инстанции, с которым согласилась судебная коллегия, указал, что Гражданский кодекс Российской Федерации допускает возможность изменения цены в договоре купли-продажи на условиях, предусмотренных договором.
Отменяя состоявшиеся по делу судебные постановления в указанной части, президиум Верховного Суда Республики Адыгея исходил из следующего.
После обращения Жадановой Е.В. с жалобой на действия ООО «Бизнес Кар Кубань» в Управление Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Республике Адыгея постановлением N 1051 от 17 июня 2015 г. генеральный директор ООО «Бизнес Кар Кубань» Захарченко А.П. признан виновным в совершении административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена частью 2 статьи 14.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, и подвергнут денежному штрафу в размере 1000 руб. за то, что при заключении договора купли-продажи автосалоном ООО «Бизнес Кар Кубань» в договор включены пункт 2.8 о праве продавца в одностороннем порядке изменять установленную договором цену автомобиля и пункт 5.5 о том, что все разногласия и споры решаются только в Тахтамукайском районном суде Республики Адыгея или у мирового судьи судебного участка N 1 Тахтамукайского района Республики Адыгея.
Учитывая изложенное и сославшись на статьи 10, 16 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 «О защите прав потребителей» (далее — Закон о защите прав потребителей), президиум Верховного Суда Республики Адыгея отметил, что пункт 2.8 договора купли-продажи нарушает права истца как потребителя, поскольку создает для нее ухудшающие условия в виде увеличения цены товара.
С этим выводом суда кассационной инстанции, как носящим общий характер, следует согласиться.
Согласно статье 310 Гражданского кодекса Российской Федерации (здесь и далее правовые нормы приведены в редакции, действующей на момент возникновения спорных правоотношений) односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом. Односторонний отказ от исполнения обязательства, связанного с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, и одностороннее изменение условий такого обязательства допускаются также в случаях, предусмотренных договором, если иное не вытекает из закона или существа обязательства.
Таким образом, в том случае, когда хотя бы для одной из сторон обязательство не связано с предпринимательской деятельностью, одностороннее изменение обязательства возможно лишь в силу указания закона.
На основании пункта 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422). В случаях, когда условие договора предусмотрено нормой, которая применяется постольку, поскольку соглашением сторон не установлено иное (диспозитивная норма), стороны могут своим соглашением исключить ее применение либо установить условие, отличное от предусмотренного в ней. При отсутствии такого соглашения условие договора определяется диспозитивной нормой.
Согласно статье 424 (пункт 2) Гражданского кодекса Российской Федерации изменение цены после заключения договора допускается в случаях и на условиях, предусмотренных договором, законом либо в установленном законом порядке.
В соответствии с пунктом 1 статьи 485 Гражданского кодекса Российской Федерации покупатель обязан оплатить товар по цене, предусмотренной договором купли-продажи, либо, если она договором не предусмотрена и не может быть определена исходя из его условий, по цене, определяемой в соответствии с пунктом 3 статьи 424 настоящего Кодекса, а также совершить за свой счет действия, которые в соответствии с законом, иными правовыми актами, договором или обычно предъявляемыми требованиями необходимы для осуществления платежа.
Если договор купли-продажи предусматривает, что цена товара подлежит изменению в зависимости от показателей, обусловливающих цену товара (себестоимость, затраты и т.п.), но при этом не определен способ пересмотра цены, цена определяется исходя из соотношения этих показателей на момент заключения договора и на момент передачи товара (пункт 3 статьи 485 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Таким образом, из содержания указанных выше статей Гражданского кодекса Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что по общему правилу пересмотр цены товара в зависимости от изменения стоимости составляющих его компонентов допускается в случае, когда в договоре купли-продажи предусматривается такая возможность.
Вместе с тем в соответствии с пунктом 1 статьи 16 Закона о защите прав потребителей условия договора, ущемляющие права потребителя по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, признаются недействительными. Если в результате исполнения договора, ущемляющего права потребителя, у него возникли убытки, они подлежат возмещению изготовителем (исполнителем, продавцом) в полном объеме.
Таким образом, исходя из содержания статьи 16 Закона о защите прав потребителей, следует признать, что условия договора, одной из сторон которого является потребитель, могут быть признаны недействительными и в том случае, если такие условия хотя и установлены законом или иными правовыми актами, однако в силу статьи 1 (пункты 3, 4) Гражданского кодекса Российской Федерации могут быть квалифицированы как ущемляющие права потребителя.

К числу ущемляющих права потребителей могут быть отнесены условия договора, согласно которым на потребителя возлагается несение бремени предпринимательских рисков, связанных с факторами, которые могут повлиять, к примеру, на стоимость приобретаемого товара, при том, что потребитель, являясь более слабой стороной в отношениях с хозяйствующим субъектом, как правило, не имеет возможности влиять на содержание договора при его заключении.

Между тем судом кассационной инстанции не было учтено следующее.
Судом установлено, что 22 марта 2015 г. сторонами заключен новый договор купли-продажи, который был исполнен сторонами, в том числе путем принятия автомобиля и оплаты его стоимости Жадановой Е.В.
Однако предметом оценки суда кассационной инстанции являлся один из договоров купли-продажи от 20 ноября 2014 г. При этом суд не высказал какого-либо суждения как в отношении того, являлся ли этот договор действующим, так и в отношении того, были ли в действительности нарушены права истца как потребителя, учитывая, что один из договоров купли-продажи от 20 ноября 2014 г. и договор купли-продажи от 22 марта 2015 г. предусматривали одну и ту же цену автомобиля.
Кроме того, рассматривая возникший спор, президиум Верховного Суда Республики Адыгея вышел за пределы своих полномочий, установленных статьей 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, содержащимся в пункте 1 постановления от 11 декабря 2012 года N 29 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регулирующих производство в суде кассационной инстанции», производство в суде кассационной инстанции предназначено для исправления существенных нарушений норм материального права, допущенных судами в ходе предшествующего разбирательства по делу. При рассмотрении кассационной жалобы суд кассационной инстанции проверяет только законность судебных постановлений, то есть правильность применения и толкования норм материального и процессуального права.
Взыскание судом кассационной инстанции с ответчика определенных денежных сумм, в том числе за нарушение им обязательств по договору, предполагает установление и оценку фактических обстоятельств, что в соответствии с гражданским процессуальным доказательством является недопустимым и не относится к основаниям для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке.
При таких обстоятельствах постановление президиума Верховного Суда Республики Адыгея от 23 июня 2016 г. нельзя признать отвечающим требованиям статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Допущенные нарушения могут быть исправлены только посредством отмены постановления президиума Верховного Суда Республики Адыгея от 23 июня 2016 г. с направлением дела на новое рассмотрение в суд кассационной инстанции.
Руководствуясь статьями 387, 388, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

определила:

постановление президиума Верховного Суда Республики Адыгея от 23 июня 2016 г. отменить и направить дело на новое рассмотрение в суд кассационной инстанции.

Плохой вид из окна

Долевое строительство. Застройщик не предупредил о наличии газовой будки перед окном. Отсутствие полной информации о потребительских свойствах приобретенного имущества — ответственность застройщика.

Об этом тут.

На подержанные авто распространяется закон о защите потребителей

ТУТ

Обзор ВС РФ тут

 

Потребители, вклад и энергоснабжение

Из обзора судебной практики Пленума ВС РФ за первый квартал 2017 г.

На отношения между банком и его клиентом (вкладчиком) по возврату денежных сумм и выплате неустойки п. 5 ст. 28 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. No 2300-I «О защите прав потребителей», определяющий последствия нарушения исполнителем сроков выполнения работ (оказания услуг), не распространяется.

К. обратилась в суд с иском к банку о взыскании суммы вклада, компенсации морального вреда и неустойки за нарушение сроков возврата суммы вклада, ссылаясь на то, что после обращения в банк с заявлением о расторжении договора банковского вклада внесенные денежные средства были возвращены ей частями.

Решением суда исковые требования удовлетворены частично. С банка в пользу К. взыскана неустойка, компенсация морального вреда, штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя.

Разрешая спор, суд первой инстанции руководствовался п. 5 ст. 28 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. No 2300-I «О защите прав потребителей» (далее – Закон о защите прав потребителей) применительно к требованию о взыскании неустойки, посчитав, что ее размер (3% в день) является несоразмерным последствиям нарушения обязательства, и с учетом положений ст. 333 ГК РФ снизил неустойку до 0,3% в день.

Суд апелляционной инстанции, согласившись с выводом суда о наличии оснований для применения п. 5 ст. 28 Закона о защите прав потребителей, указал на необоснованность применения судом ст. 333 ГК РФ, увеличив размер взысканной неустойки, размер штрафа, а также размер компенсации морального вреда.

по следующим основаниям.
Согласно ст. 834 ГК РФ по договору банковского вклада

(депозита) одна сторона (банк), принявшая поступившую от другой стороны (вкладчика) или поступившую для нее денежную сумму

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда

Российской Федерации признала выводы судебных инстанций

ошибочными (вклад), обязуется возвратить сумму вклада и выплатить проценты на нее на условиях и в порядке, предусмотренных договором (п. 1).

В соответствии с п. 2 ст. 837 ГК РФ по договору банковского вклада любого вида банк обязан выдать сумму вклада или ее часть по первому требованию вкладчика, за исключением вкладов, внесенных юридическими лицами на иных условиях возврата, предусмотренных договором.

К отношениям банка и вкладчика по счету, на который внесен вклад, применяются правила о договоре банковского счета (гл. 45), если иное не предусмотрено правилами гл. 44 ГК РФ или не вытекает из существа договора банковского вклада (п. 3 ст. 834 ГК РФ).

В силу ст. 856 ГК РФ в случаях несвоевременного зачисления на счет поступивших клиенту денежных средств либо их необоснованного списания банком со счета, а также невыполнения указаний клиента о перечислении денежных средств со счета либо об их выдаче со счета банк обязан уплатить на эту сумму проценты в порядке и в размере, предусмотренных ст. 395 данного кодекса.

Применение положений ст. 856 ГК РФ к договору банковского вклада обусловлено как п. 3 ст. 834 ГК РФ, так и тем, что заключение такого договора оформляется открытием клиенту депозитного счета, являющегося разновидностью банковского счета.

Таким образом, последствия нарушения банком обязанности по возврату вклада вследствие невыдачи денежных средств со счета состоят в обязанности уплаты банком процентов по ставке рефинансирования.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2008 г. No 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», если отдельные виды отношений с участием потребителей регулируются и специальными законами Российской Федерации, содержащими нормы гражданского права (например, договор участия в долевом строительстве, договор страхования, как личного, так и имущественного, договор банковского вклада, договор перевозки, договор энергоснабжения), то к отношениям, возникающим из таких договоров, Закон о защите прав потребителей применяется в части, не урегулированной специальными законами.

Это судебными инстанциями учтено не было.

В нарушение указанных выше норм Гражданского кодекса Российской Федерации, а также акта их разъяснения, суды неправомерно применили к возникшим правоотношениям положения п.5 ст. 28 Закона о защите прав потребителей, определяющей последствия нарушения исполнителем сроков выполнения работ (оказания услуг), не приняв во внимание, что такие последствия применительно к нарушению обязанности по возврату вклада по первому требованию вкладчика урегулированы положениями Гражданского кодекса Российской Федерации, содержащими специальные нормы и подлежащими применению при рассмотрении данного дела.

Кроме того, неправильное применение норм материального права в части определения размера неустойки, подлежащей взысканию, повлекло за собой и неправильный расчет размера штрафа за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя.

При таких обстоятельствах Судебная коллегия отменила апелляционное определение, направив дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Определение No 88-КГ16-7

 

В случае причинения вреда имуществу потребителя, произошедшего в результате перепада напряжения в электросети, бремя представления доказательств, подтверждающих надлежащее исполнение обязанностей по договору энергоснабжения, возлагается на энергоснабжающую организацию.

Ц.Р., Ц.А., Ц.Б., обратились в суд с иском к межрегиональной распределительной сетевой компании (далее – МРСК), энергоснабжающей организации о взыскании материального ущерба, штрафа в размере 50% за отказ в удовлетворении законных требований потребителей, компенсации морального вреда.

Судом установлено, что истцы являются потребителями электроэнергии, поставляемой энергоснабжающей организацией в соответствии с публичным договором энергоснабжения.

В ночь с 28 на 29 августа 2014 г. возникла аварийная ситуация, связанная с перепадом электроэнергии.

Согласно акту МРСК, акту проверки, составленному территориальным органом Роспотребнадзора, и акту мастерской по ремонту бытовой техники бытовая техника истцов пришла в негодность в результате повышения напряжения электрической сети.

26 сентября 2014 г. истцами в адрес энергоснабжающей организации направлено заявление о возмещении имущественного вреда, причиненного перепадом напряжения в электрической сети, которое ответчиком оставлено без ответа.

Частично удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из того, что истцам был причинен ущерб вследствие поставки ответчиком электроэнергии ненадлежащего качества. При этом ответчиком не было представлено доказательств того, что вред бытовой

технике истцов был причинен в результате нарушения правил эксплуатации такой техники истцами.

Отменяя решение суда первой инстанции и принимая по делу новое решение об отказе в удовлетворении иска, суд апелляционной инстанции указал, что истцами не представлено доказательств того, что бытовая техника, которой причинен вред, принадлежала им на дату произошедшего перепада напряжения и пришла в негодность именно 29 августа 2014 г. по причине скачка напряжения. Суд также указал, что акт проверки, проведенной территориальным органом Роспотребнадзора, не может служить доказательством, поскольку не соответствует требованиям, предъявляемым к такого рода документам, так как в нем отсутствуют подписи лиц, участвовавших в проверке.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации с выводами суда апелляционной инстанции не согласилась, отменила апелляционное определение и направила дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции, указав следующее.

На основании ст. 1095 ГК РФ вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу гражданина либо имуществу юридического лица вследствие конструктивных, рецептурных или иных недостатков товара, работы или услуги, а также вследствие недостоверной или недостаточной информации о товаре (работе, услуге), подлежит возмещению продавцом или изготовителем товара, лицом, выполнившим работу или оказавшим услугу (исполнителем), независимо от их вины и от того, состоял потерпевший с ними в договорных отношениях или нет. Правила, предусмотренные данной статьей, применяются лишь в случаях приобретения товара (выполнения работы, оказания услуги) в потребительских целях, а не для использования в предпринимательской деятельности.

В силу п. 1 ст. 38 Федерального закона от 26 марта 2003 г. No 35-ФЗ «Об электроэнергетике» субъекты электроэнергетики, обеспечивающие поставки электрической энергии потребителям электрической энергии, в том числе энергосбытовые организации, гарантирующие поставщики и территориальные сетевые организации (в пределах своей ответственности), отвечают перед потребителями электрической энергии за надежность обеспечения их электрической энергией и ее качество в соответствии с требованиями технических регламентов и иными обязательными требованиями.

Согласно ст. 1098 ГК РФ продавец или изготовитель товара, исполнитель работы или услуги освобождается от ответственности в случае, если докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы или нарушения потребителем установленных правил пользования товаром, результатами работы, услуги или их хранения.

В соответствии с п. 5 ст. 14 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. No 2300-I «О защите прав потребителей» изготовитель (исполнитель, продавец) освобождается от ответственности, если докажет, что вред причинен вследствие непреодолимой силы или нарушения потребителем установленных правил использования, хранения или транспортировки товара (работы, услуги).

Согласно разъяснению, содержащемуся в абзаце первом п. 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. No 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере) (п. 4 ст. 13, п. 5 ст. 14, п. 5 ст. 23.1, п. 6 ст. 28 Закона о защите прав потребителей, ст. 1098 ГК РФ).

Следовательно, бремя доказывания того, что вред имуществу потребителя электроэнергии был причинен не в результате ненадлежащего исполнения энергоснабжающей организацией своих обязанностей по договору энергоснабжения, а вследствие иных причин, возлагается на такую энергоснабжающую организацию.

Это не было учтено судом апелляционной инстанции, возложившим на истцов обязанность доказывания отсутствия оснований для освобождения энергоснабжающей организации от ответственности за причинение вреда имуществу истцов.

Суд апелляционной инстанции оставил без внимания и то обстоятельство, что ответчиком не было представлено доказательств, подтверждающих надлежащее исполнение энергоснабжающей организацией своих обязанностей по договору энергоснабжения, а также принятие мер по предупреждению повреждений электрических сетей, приводящих к нарушениям режима ее функционирования, с целью предотвращения электрического перенапряжения и повреждений бытовых электроприборов.

В соответствии с ч. 1 ст. 196 ГПК РФ при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.

В мотивировочной части решения суда должны быть указаны обстоятельства дела, установленные судом, доказательства, на которых основаны выводы суда об этих обстоятельствах, доводы, по которым суд отвергает те или иные доказательства, законы, которыми руководствовался суд (абзац первый ч. 4 ст. 198 ГПК РФ).

В обоснование вывода о наличии оснований частичного удовлетворения заявленных исковых требований суд первой инстанции сослался на акт МРСК, согласно которому в ночь с 28 на 29 августа 2014 г. в результате падения дерева на линии электропередач произошло замыкание высоковольтных линий, акт проверки, составленный территориальным органом Роспотребнадзора, и акт мастерской по ремонту бытовой техники, подтверждающие причинение бытовой технике вреда вследствие перенапряжения сети.

Согласно п. 6 ч. 2 ст. 329 ГПК РФ в апелляционном определении должны быть указаны мотивы, по которым суд пришел к своим выводам, и ссылка на законы, которыми суд руководствовался.

В нарушение приведенной нормы процессуального права суд апелляционной инстанции, отвергнув акт проверки территориального органа Роспотребнадзора, как содержавший подпись одного лица, проводившего проверку, не привел ссылку на закон, требующий наличия нескольких подписей на таком акте, а также не дал оценку иным указанным выше доказательствам, положенным в основу вывода суда первой инстанции об удовлетворении исковых требований.

Как указала Судебная коллегия Верховного Суда Российской Федерации, ссылка суда апелляционной инстанции на отсутствие доказательств, подтверждающих принадлежность именно истцам имущества, которому был причинен вред, также не может быть принята во внимание, поскольку ответчик не оспаривал принадлежность поврежденного имущества истцам.

Определение No 26-КГ16-12